Псковское РО МООВ ВДВ и ВСпН "Союз десантников"

Поисковое дело в Псковской области.Газета "Другой Псков"

Berny — Sun, 21 Apr 2013 17:16:26 GMT

Газета "Другой Псков".Рубрика "Поисковое дело" http://nbp-pskov.com/?cat=312

13 апреля выдался пасмурным днём. Солнце пряталось за сплошным облачным покрывалом, ветра почти не ощущалось. В воздухе висела серая дымка: не очень плотная, но заметная.

Поскольку снег ещё не сошёл, наша группа «Поиск» решила выехать на Боровицы: единственное доступное сейчас место. Правда, псковские товарищи запаздывали, но ничего, по пути догонят. Наш уазик миновал центр города и выехал к новым мостам.

В этом месте река не замерзла, и вдоль берега, по «колено» в воде, с печальным видом бродили аисты. Рано они прилетели, снега в полях полно, корма нет. А промышлять на помойках эта птица не может, не тот характер. Одна надежда на реку, да на помощь людей: вдруг подкинут кусок, помогут дожить до тёплых дней.

К величайшему неудовольствию аистов, так думали не они одни. Потому что метрах в ста от мостов, выше по течению, образовался целый птичий базар.

Наш уазик затормозил, я выскочил из машины и спустился по крутому берегу к реке. Да тут толчея, как на людной улице!

Вдоль берега взад и вперёд курсировала флотилия лебедей. Один, два, три… целых шестнадцать штук! (На неделе было тринадцать – значит, ещё три перелётных птицы задержались у нас в городе). В воздухе реяли чайки. На льдинах чинно сидели дикие утки. Вся эта толпа, не имея пока других средств существования, ждала людских подачек. И люди приходили кормить птиц.

Забытые памятники

Berny — Sat, 08 Dec 2012 00:06:03 GMT

Заброшенное воинское кладбище, на котором среди 543 советских солдат, сержантов и офицеров в братской могиле №84 похоронена снайпер, Герой Советского Союза Алия Молдагулова, найдено в Локнянском районе. Это кажется невероятным, но при наличии подробнейшей информации о каждом погибшем, точных координат кладбища и схеме захоронений, о людях, отдавших жизнь за освобождение псковской земли и похороненных здесь, напрочь забыли…

Кладбище, поросшее кустарником, нашел поисковый отряд Новосокольнического района «Поиск», под руководством Алексея Козырева. Здесь нет обозначений, оградок, даже холмиков. Хотя, пирамида со звездой, сделанная и установленная самими жителями, все-таки стоит сиротливо в зарослях кустов. Но она неприметна. Так что, пройдешь по кладбищу и не о чём даже не догадаешься. Когда-то в округе были деревни Пичевка, Данилкино, Алхимово, Замошье. Сегодня их нет. Вокруг - глушь несусветная с раздольем для медведей, кабанов, лосей. Добраться сюда на машине невозможно - нет дороги. Только пешком или на гусеничной технике.

Военное кладбище приходится на январь - февраль 1944 года. Здесь хоронили бойцов 54-й отдельной стрелковой бригады 22-й армии Прибалтийского фронта. Именно в этой бригаде и воевала Алия Молдагулова. Что интересно, официально она похоронена совершенно в другом месте - в деревне Монаково Новосокольнического района. Даже имелась мраморная плита с подтверждающей надписью. На самом деле – это всего лишь надпись. А дело было так.

Комсомольцы Казахстана в 1962 году написали первому секретарю Обкома ВЛКСМ Псковской области письмо, в котором неожиданно задали два резонных вопроса, где похоронена их землячка, и в каком состоянии находится ее могила. Мало того, комсомольцы изъявили желание в том же году прислать в Псковскую область целую делегацию молодежи. Эти новости свалились на голову местных властей, как снег: ни могилы Алии Молдагуловой, ни надгробного памятника не было и в помине. Пришлось срочно искать выход из положения. Руководство областного комитета ВЛКСМ направляет один за другим запросы в Министерство обороны СССР, райвоенкоматы – Новосокольников, Бежаниц. Ответы оттуда приходили путанные. В одном даже дата смерти была другой - 15.07.44 вместо подлинной – 14.01.44. Чего явно, никак быть не могло. Обратиться в Подольский военный архив, почему тогда никто не догадался. А ведь, в нем хранился не только именной список с подробнейшими данными безвозвратных потерь, но и карта с указанием места, а также схемой расположения братских могил. Причем эта документация была добросовестно оформлена писарями воинской части. Там черным по белому было написано, что Алия Молдагулова захоронена 300 метров восточнее деревни Пичевка Новосокольнического района Калининской области (в настоящее время – это Локнянский район. – Авт.) в могиле №84. Останки из этого братского захоронения, в отличие от других, никуда не переносились. Почему его оставили там – уже никто не ответит.

Как бы то ни было, тогдашние власти решили, раз Алия Молдагулова погибла в боях за деревню Казачиха, то она, вероятно, могла быть похоронена на кладбище в близлежащей деревне Монаково, куда в апреле 60–го года перенесли останки из других братских захоронений. На то, что по официальным источникам в этом месте не хоронили военнослужащих 54-й отдельной стрелковой бригады, где служила Алия, «закрыли глаза». Так, там появилась мраморная плита с надписью «Здесь похоронена дочь Казахского народа…», которую нынче пришлось заменить на другую: «Вечная слава дочери Казахского народа». И никто не узнал бы об исторической подтасовке, если бы ни въедливость и дотошность поисковиков из поисковой организации «След «Пантеры»». Они выяснили, работая с архивными данными, а также из разговора с командиром роты, в которой служила снайпер Алия, что раненых и убитых увозили на лошадях с позиций за 8-12 километров в деревню Пичевка, где дислоцировался медсанбат. Туда же доставили и Алию Молдагулову, раненую в живот. По сей день, это ранение считается смертельным: через 4 часа начинается заражение крови. Вероятно, Алия умерла по дороге. Было ей всего 19 лет… Судьба распорядилась так, что звание Героя Советского Союза присвоили ей посмертно спустя полгода. Если бы она имела его на момент гибели, то ее, в отличие от товарищей, предали бы земле со всеми почестями в отдельной могиле. И она, наверное, никогда бы не заросла кустарником...

Александр МИЛЬКА.

maa@province-pskov.ru

В ТЕМУ

Геннадий Корольков, руководитель Псковской областной военно-патриотической поисковой общественной организации «След «Пантеры»:

Вопрос, что делать с этим воинским захоронением, сейчас обсуждается на уровне областной Администрации. Ситуация сложилась непростая, но ее понимание со стороны руководства региона есть. Рассматриваются два варианта. Первый предполагает поднять останки и перезахоронить, к примеру, в Монаково. Чтобы это сделать, а речь идет о более, чем полутысячи человек, наших сил не хватит. Здесь нужно порядка 60 человек, которым придется работать от зари до зари более месяца. С конца мая по конец сентября находиться на месте захоронения невозможно физически из-за неимоверного количества слепней и мошек – вокруг же болота. Значит, поднимать можно только в апреле - мае или сентябре - октябре. При этом людям нужно где-то жить, им требуется доставлять продовольствие и питьевую воду. А дороги-то нет. Идею переноса останков поддержали отнюдь не все поисковики. Ведь, в нашем случае идет речь об именных захоронениях. То есть, этих людей уже ранее похоронили. Это же не воины, оставшиеся лежать с войны не захороненными в полях, лесах и болотах. Второй вариант, куда более затратен. Он предполагает сделать к военному кладбищу заново дорогу, установить памятник. В любом случае, этот вопрос будет решаться уже в следующем году.

по материалам газеты Псковская провинция

Увидеть красный свет

Derkyl — Tue, 11 Oct 2011 19:11:11 GMT

Трагедия начального периода войны, которую фашистская Германия начала на рассвете 22 июня 1941 г., вероломно напав на Советский Союз, никогда не даст нам покоя. Несколько первых недель кровопролитных боев Красная Армия, героически сражаясь, была вынуждена с боями отступать, неся тяжелые потери. На полях Белоруссии, Украины и России горел недозревший урожай пшеницы, рушились города и села, кровью убитых российских солдат и офицеров пропиталась земля… Почему произошло такое несчастье?
На этот вопрос уже были даны многие обстоятельные ответы. Но убедили ли они нас? Успокоили ли? Вряд ли. Великое государство – Россия и ее великий народ в 1941 г. были подвергнуты суровым испытаниям, стояли на краю пропасти и полного уничтожения. Почему же такое стало возможным? Почему руководители СССР не смогли своевременно увидеть красный свет, свет опасности, на одном из самых крутых поворотов Истории?
Новые оттенки к уже известным объяснениям причин трагического для нашего народа начального периода Великой Отечественной войны могут дать рассуждения, основанные на ранее неизвестных документах военной разведки.

О чем не доложил И. Сталину начальник военной разведки Ф. Голиков?

Большим войнам предшествует длительная и целенаправленная подготовка. Она проводится как среди членов международного сообщества, где массированно формируется отрицательное отношение к будущей «жертве» предстоящей агрессии, так и внутри страны-агрессора, мобилизующей свои резервы для достижения будущей победы. В 1940-м -первой половине 1941 г. фашистская Германия так и поступала. Готовясь к большой войне против Советского Союза, Гитлер стремился сохранить в глубокой тайне свои агрессивные планы и ввести в заблуждение советское политическое руководство. Это ему удалось: он смог обмануть И.В. Сталина, политическое руководство СССР и даже высшее командование Красной Армии. 22 июня германские войска вероломно перешли советскую границу – началась Великая Отечественная война.

Сразу же после нападения фашистской Германии на СССР во второй половине июня 1941 г. в Разведывательном управлении (РУ) Красной Армии и Управлении внешней разведки Народного комиссариата государственной безопасности (НКГБ) приблизительно в одно и то же время были подготовлены два секретных документа. Документ, подготовленный в НКГБ, называется «Календарь сообщений агентов берлинской резидентуры НКГБ СССР «Корсиканца» и «Старшины» о подготовке Германии к войне с СССР за период с сентября 1940 г. по 16 июня 1941 г.». «Календарь…», судя по дате, имеющейся на нем, был составлен 20 июня, то есть приблизительно за 40 часов до вероломного нападения фашистской Германии на Советский Союз.

Документ военной разведки озаглавлен «Перечень донесений о военной подготовке против СССР за январь – июнь 1941 г.».

Первая страница «Перечня донесений о военной подготовке против СССР за январь – июнь 1941 г.»

Последняя страница «Перечня донесений о военной подготовке против СССР за январь – июнь 1941 г.»

На «Перечне…» нет даты его исполнения, но по косвенным признакам можно установить, что он был разработан в последних числах июня или в начале июля того же рокового для СССР 1941 г.

По форме и содержанию «Календарь…» и «Перечень…» похожи друг на друга. Составители этих документов, систематизируя данные разведслужб НКГБ и Наркомата обороны СССР, зафиксировали даты поступления сообщений, псевдонимы источников и, главное, подробно изложили содержание их донесений о подготовке фашистской Германии к войне против СССР.

Такое сходство не могло быть случайным. Оба документа были подготовлены по одному заданию. Заказчиком мог быть только И.В. Сталин. Только ему подчинялся начальник внешней разведки НКГБ комиссар госбезопасности 3 ранга П. Фитин и руководитель военной разведки генерал-лейтенант Ф. Голиков.

Учитывая особую ответственность за то, что произошло на рассвете 22 июня 1941 г., руководители НКГБ и РУ Красной Армии, возможно, заранее готовились к серьезным объяснениям в Кремле. Чем такие «объяснения» могли для них закончиться, в то время было хорошо известно. Начиная с 1937 по 1941 г. пятеро руководителей военной разведки были репрессированы.

Данные, включенные в «Календарь…», принадлежали источникам берлинской резидентуры внешней разведки «Старшине» и «Корсиканцу». Под псевдонимом «Старшина» в резидентуре НКГБ числился обер-лейтенант Харро Шульце-Бойзен. Псевдоним «Корсиканец» принадлежал Арвиду Харнаку. Организация Шульце-Бойзена - Харнака, в которую входили антифашисты, боровшиеся против Гитлера и его нацистского правительства, неоднократно предупреждала сотрудников советского посольства в Берлине об опасности, которая неуклонно приближалась к границам СССР со стороны Германии. С 6 сентября 1940-го по 16 июня 1941 г. «Корсиканец» и «Старшина» 30 раз докладывали в Москву о том, что Германия готовиться к войне против Советского Союза.

«Корсиканец», руководитель антифашистской организации в Берлине в 1939-1942 гг., активно информировал разведку НКГБ о подготовке Германии к нападению на СССР. Судя по «Календарю…», от «Корсиканца» поступило 21 донесение. 16 июня 1941 г. «Корсиканец», например, передал своему советскому другу из русского посольства А.М. Короткову (псевдоним «Степанов») сведения о выступлении Розенберга на закрытом собрании немецких хозяйственников, назначенных для управления районами СССР, которые должны были подвергнуться оккупации германскими войсками. «Понятие Советский Союз должно быть стерто с географической карты», -заявил Розенберг на том совещании.

«Старшина» тоже добывал для «Степанова» важные сведения. 30 апреля 1941 г. он встретился с Грегором - офицером связи Геринга, который сообщил ему, что вопрос о выступлении Германии против Советского Союза решен окончательно, и начало его следует ожидать со дня на день. Эти сведения «Старшина» сообщил «Степанову» и они тоже, как и многие другие, оказались в Москве.

Через десять дней, а точнее 9 мая 1941 г., «Старшина» еще раз предупредил «Степанова» о том, что в штабе германской авиации проводится усиленными темпами подготовка операции против СССР. По оценке «Старшины», данные говорили о том, что выступление намечено на ближайшее время.

Сведения, поступавшие от «Корсиканца» и «Старшины», были устными сообщениями и не подтверждались документами. Им можно было верить, и можно было не доверять. Все зависело от степени доверия разведчиков «Корсиканцу» и «Старшине». Достоверность данных этих источников стала очевидной 22 июня 1941 г., когда Германия вероломно напала на Советский Союз. Честность «Корсиканца» и «Старшины» в отношениях с советской разведкой получила еще одно подтверждение – в 1942 г. Харро Шульце-Бойзен и Арвид Харнак были схвачены агентами государственной тайной полиции Германии и казнены.

Однако до нападения Германии на СССР эти события еще не произошли и поэтому они не могли использоваться в качестве доказательства достоверности сведений, которые поступали в Москву от этих источников.

Количество сведений, включенных в «Календарь сообщений агентов берлинской резидентуры НКГБ СССР «Корсиканца» и «Старшины» о подготовке Германии к войне с СССР за период с сентября 1940 г. по 16 июня 1941 г.», ограничено составителями этого документа сведениями, которые поступали от этих двух антифашистов. В «Календарь…» могли быть включены другие псевдонимы и другие фамилии агентов, передававших сведения сотрудникам советской внешней разведки.

Сведения, включенные в «Перечень донесений о военной подготовке против СССР за январь – июнь 1941 г.», являются документами исключительной важности. Донесения разведки НКГБ и разведки Наркомата обороны поступали из разных, независимых друг от друга источников. Они должны были расширять представление руководителей СССР о степени угрозы, исходившей от фашистской Германии.

Наиболее важные донесения источников руководители двух разведок направляли И.В. Сталину, министру иностранных дел В.М. Молотову, народному комиссару обороны С.К. Тимошенко и начальнику Генерального штаба К.А. Мерецкову (1940 – конец января 1941 гг.) и Г.К. Жукову (конец января - июль 1941 г.).

Важной особенностью «Перечня…» является то, что среди указанных в нем источников названы фамилии советских разведчиков - офицеров и генералов Разведуправления Красной Армии. Находясь в специальных зарубежных командировках, эти кадровые разведчики добывали сведения о подготовке фашистской Германии к нападению на Советский Союз, анализировали их, проверяли на местах и докладывали в Центр.

Многие годы после окончания войны в исторической литературе нападение фашистской Германии на СССР называлось «внезапным», «неожиданным» и «вероломным». Эти характеристики не объясняли, почему же германское вторжение в пределы Советского Союза стало возможным.

Какие же сведения о подготовке Германией войны против СССР, в каком количестве, от кого и когда поступали в Разведуправление Красной Армии? Как начальник военной разведки генерал-лейтенант Ф. Голиков распоряжался этими сведениями? Все ли сведения о подготовке Германии к военному походу на Восток докладывались первым лицам советского государства?

В 1990 г. впервые в истории военной разведки Герой Советского Союза начальник Главного разведывательного управления (ГРУ) генерал армии П.И Ивашутин опубликовал в «Военно-историческом журнале» статью, которая называлась «Докладывала точно».

Анализируя имевшиеся в военной разведке в предвоенные годы сведения, П.И. Ивашутин писал: «…Тревожная информация о подготовке фашистской Германии к войне против СССР и о лицемерной политике правящих кругов других западных стран стала поступать в 1938-м и особенно с середины 1939 года. Ценность этой информации заключалась в том, что она добывалась в западных и восточных странах, что позволяло представить во всем объеме назревавшую для Советского Союза опасность… Вся поступавшая разведывательная информация, своевременно докладывалась руководству партии, государства, Наркомата обороны и Генерального штаба…».

Проблема добывания советской военной разведкой сведений о подготовке Германии к нападению на СССР составляла лишь часть журнальной статьи генерала армии П.И. Ивашутина, которая, в основном, была посвящена деятельности сотрудников ГРУ в годы Великой Отечественной войны. Только этим можно объяснить то, что П.И. Ивашутин детально не проанализировал, что же на самом деле было сделано Разведывательным управлением Красной Армии накануне войны.

Важные сведения о деятельности военной разведки накануне вероломного нападения фашистской Германии на СССР изложены и в статье кандидата военных наук генерал-полковника А.Г. Павлова «Военная разведка накануне войны». В этой статье, богатой фактическим материалом, бывший первый заместитель начальника ГРУ А.Г. Павлов сделал вывод о том, что «…разведуправление в начале 1940 г. располагало данными о возможном развязывании Германией войны против СССР. А с лета 1940 г., то есть со времени разработки и принятия немцами в июле 1940 г. первоначального решения, - конкретными данными о практических мероприятиях немецкого командования в Восточной Пруссии и Польше, свидетельствующими о начале подготовки Германии к войне…».

В статьях П.И. Ивашутина и А.Г. Павлова упоминается доклад бывшего начальника Разведывательного управления генерал-лейтенанта Ф.И. Голикова, подготовленный 20 марта 1941 г. Этот доклад в истории военной разведки предвоенного периода занимает особое место. Выводы, сделанные Голиковым в этом докладе, были ошибочными. Касаясь доклада Ф. Голикова, Маршал Советского Союза Г.К. Жуков в своей книге «Воспоминания и размышления», опубликованной в 1969 г., писал: «20 марта 1941 года начальник разведывательного управления генерал-лейтенант Ф. Голиков представил руководству доклад, содержащий сведения исключительной важности.

Операция прикрытия «Барбароссы»

Derkyl — Tue, 11 Oct 2011 19:03:13 GMT

22 июня 1941 г. началась Великая Отечественная война, которую развязала гитлеровская Германия, вероломно напав на Советский Союз. Эта трагическая дата в истории России — повод для раздумий о причинах, которые ввергли нашу страну в пучину тяжелых испытаний. В первые дни войны германские войска захватили стратегическую инициативу и, несмотря на героическое сопротивление войск Красной Армии, овладели значительной частью западных областей Белоруссии, Украины и России.

Как Гитлеру и командованию германских вооруженных сил удалось сосредоточить у советской границы крупные боеготовые группировки своих войск? Что помешало советскому руководству увидеть и правильно оценить степень военной угрозы?

Новые нюансы уже известных причин трагического начала Великой Отечественной войны добавляет анализ мероприятий, проведенных политическим руководством Германии и командованием ее вооруженных сил в период подготовки операции «Барбаросса».

Три этапа обмана

Подготовку к войне против Советского Союза руководство фашистской Германии начало в середине 1940 г. Все мероприятия, связанные с подготовкой к восточному походу, проводились в условиях строгой секретности, сопровождались значительными усилиями по дезинформации советского руководства и преследовали цель — скрыть от советской разведки истинные военные замыслы и планы командования германских вооруженных сил.

Первые признаки подготовки Гитлера к походу на Восток проявились после разгрома англо-французских войск в ходе Дюнкерской операции, проведенной командованием германской армии с 25 мая по 4 июня 1940 г. Вынудив англо-французские войска бежать в Англию, Германия добилась доминирующего во всех отношениях положения в Европе: германские войска оккупировали Австрию, Бельгию, Голландию, Данию, Люксембург, Норвегию, Польшу, Чехословакию и большую часть Франции, а также город Мемель (Клайпеду). Третий рейх, поддерживаемый Венгрией, Румынией, Италией и Финляндией, утверждался в качестве государства, планировавшего установить в Европе «новый порядок». Реализации агрессивных планов Гитлера мог помешать только Советский Союз.

Генерал-фельдмаршал Э. Манштейн после победы над Францией писал: «Совершенно уверенно можно сказать, что Гитлер предпочел бы избежать войны с Британией, так как его основные цели находились на Востоке».

Продолжая подготовку германских войск к морской десантной операции через Ла-Манш и нанося по городам Англии авиационные бомбовые удары различной интенсивности, Гитлер в середине 1940 г. принял окончательное решение начать войну против Советского Союза.

2 июня 1940 г., выступая в штаб-квартире группы армий «А», Гитлер заявил, что после французской кампании и ожидаемого «разумного мирного соглашения» с Великобританией он получил свободу действий для решения своей «…большой настоящей задачи: столкновения с большевизмом».

Для скрытия военных планов Германии против СССР по указанию Гитлера были на начальном этапе в устной форме разработаны специальные дезинформационные мероприятия. О них знали Гитлер, Геббельс, Риббентроп и некоторые наиболее близкие к фюреру члены его кабинета.

Тезис Гитлера о том, что война Германии против СССР возможна лишь после достижения «…разумного соглашения с Великобританией…» германскими спецслужбами был принят в качестве первого и одного из основных постулатов введения руководства СССР в заблуждение относительно сроков возможного нападения Германии на Советский Союз.

Готовясь к войне против СССР, Гитлер и его генералы решили использовать тактику блицкрига, позволившую им в короткий срок оккупировать основные европейские государства. Гитлер был уверен, что блицкриг, внезапный и массированный удар хорошо подготовленных и оснащенных новейшей боевой техникой войск, в первых же сражениях позволит уничтожить основные силы Красной Армии и приведет к победе над Советским Союзом.

Главным условием успешного проведения блицкрига являлась тайная подготовка Германии к нападению на СССР и внезапное начало войны. Внезапность должна была позволить Гитлеру получить значительные преимущества, то есть добиться максимальных результатов при наименьшей затрате сил, средств, усилий и времени.

Создавая благоприятные условия для подготовки к войне, Гитлер принял решение вначале прикрыть свои агрессивные замыслы мероприятиями дипломатического характера, которые бы демонстрировали советскому руководству сравнительно высокий уровень развития советско-германских отношений. На фоне демонстрации этих «добрососедских» отношений началась постепенная переброска германских войск с западного на восточное направление, поэтапное оборудование театра будущей войны. Наращивание объемов производства оружия, военной техники и других товаров военного предназначения объяснялось необходимостью ведения войны против Великобритании.

В Берлине понимали, что захват германскими войсками ряда европейских государств вызвал беспокойство московского руководства относительно перспектив советско-германских отношений. В Берлине не сомневались, что в Москве уделили серьезное внимание и тому, как Германия начинала войны против Польши, Бельгии, Голландии и других стран. Провокации, подобные захвату эсесовцами радиостанции в верхнесилезском городе Глейвиц, использовавшиеся для оправдания военных действий Германии против тех или иных государств, на Востоке применить бы не удалось. Поэтому Гитлер, его генералы и специальные службы, начиная с середины 1940 г., приступили к разработке предлога для войны, который помог бы им оправдать агрессивные действия против СССР в глазах мировой общественности, а также обеспечил германским войскам успех в первые дни войны.

Учитывая крайне осторожное отношение Сталина ко всем событиям, происходившим в советско-германских отношениях, в Берлине поняли, что спровоцировать Советский Союз или провести провокацию против СССР, которую можно было бы использовать для оправдания агрессии, не удастся. Поэтому Гитлер решил прибегнуть к обману советского руководства.

В связи с этим главная цель всей дезинформационной кампании, проводившейся германским руководством в тот период, была направлена на проведение комплекса специальных политических, дипломатических и военных мероприятий, которые должны были ввести в заблуждение советскую разведку и руководство СССР и создать условия для нанесения германскими войсками внезапного удара по Советскому Союзу.

Для разработки основных этапов, форм и методов распространения дезинформационных сведений Гитлер и его помощники воспользовались реально сложившейся в Европе сложной военно-политической обстановкой. Ведение войны Германии против Великобритании позволяло Гитлеру проводить дополнительные мобилизационные мероприятия, осуществлять переброски войск и производить в больших объемах вооружение и военную технику. В случае необходимости для прикрытия своих восточных планов Гитлер также мог начать военные действия против любой западноевропейской страны, еще не охваченной войной.

Все дезинформационные мероприятия, направленные на введение в заблуждение советского руководства, проводились в рамках трех этапов: предварительного и двух этапов (фаз).

Предварительный этап охватывал период с июня 1940-го по февраль 1941 г. Первый этап (фаза) продолжался с февраля по май 1941 г. Второй этап (фаза) длился с мая по июнь 1941 г.

В разработке и проведении основных дезинформационных мероприятий принимали участие Гитлер, министр иностранных дел Риббентроп, министр пропаганды Геббельс, начальник штаба сухопутных войск Гальдер, начальник реферата IVЕ Главного управления имперской безопасности (контрразведка гестапо), с 22 июня 1941 г. начальник внешней разведки СД Шелленберг, начальник военной разведки и контрразведки адмирал Канарис и некоторые другие высокопоставленные чиновники.

Основные мероприятия по дезинформации советского руководства проводились под непосредственным руководством Гитлера и в некоторых случаях при его личном участии.

В распространении дезинформационных сведений принимали участие:
высшие должностные лица германского руководства (Гитлер, министры иностранных дел и внешней торговли), германские послы и дипломаты, военные атташе;
сотрудники политической и военной разведки (абвер) Германии, которые действовали в европейских странах и на Дальнем Востоке;
члены германских правительственных и торгово-экономических делегаций, посещавших Москву и столицы других европейских государств;
германские средства массовой информации (газеты, журналы и радиостанции).

Мероприятия дезинформационного характера распространялись дозировано и целенаправленно, в политической, дипломатической, военной, экономической и других сферах, проводились на стратегическом, оперативном и войсковом уровнях.

Важная роль отводилась проведению дезинформационных мероприятий в политической области. Они должны были:
демонстрировать приверженность Гитлера советско-германскому пакту о ненападении, подписанному в Москве 23 августа 1939 г. Этот договор обязывал стороны воздерживаться от агрессивных действий и нападения в отношении друг друга, при нападении на одну из сторон третьей державой не оказывать поддержки напавшей стороне, разрешать споры и конфликты между собой мирным путем;
убеждать советское руководство в том, что у Германии нет территориальных претензий к Советскому Союзу. С этой целью уже после захвата Польши и превращения ее в некое генерал-губернаторство Германия 28 сентября 1939 г. пошла на подписание с Советским Союзом договора о дружбе и границе, направленного на размежевание между договаривающимися сторонами примерно по линии Керзона. Поэтому в ходе последующих встреч представителей СССР и Германии территориальные вопросы не рассматривались;
активизировать советско-германские контакты на высшем уровне, в ходе которых обсуждались бы различные международные проблемы, что позволяло бы создавать у советских представителей положительное впечатление о состоянии советско-германских отношений;
не допустить создания блока антифашистских государств.

6 сентября 1940 г. начальник штаба оперативного руководства верховного командования вооруженных сил Германии (ОКВ) генерал А. Йодль направил командованию германской военной разведки и контрразведки (абвер) указания о проведении мероприятий по дезинформации советского политического руководства и командования Красной Армии. В этом документе указывалось: «…В ближайшие недели концентрация войск на востоке значительно увеличится. К концу октября необходимо добиться положения, указанного на прилагаемой карте. Из этих наших перегруппировок у России ни в коем случае не должно сложиться впечатление, что мы подготавливаем наступление на восток…».

Далее генерал А. Йодль сообщал начальнику германской военной разведки адмиралу В. Канарису о том, какими основными принципиальными положениями следует руководствоваться в ходе проведения первых дезинформационных мероприятий:

«1. Маскировать общую численность немецких войск на востоке по возможности распространением слухов и известий о якобы интенсивной замене войсковых соединений, происходящей в этом районе. Передвижение войск обосновывать их переводом в учебные лагеря, переформированием и т.п.

2. Создать впечатление, что основное направление в наших перемещениях сдвинуто в южные районы генерал-губернаторства, в протекторат и Австрию и что концентрация войск на севере сравнительно не велика.

3. Преувеличивать состояние и уровень вооружения соединений, особенно танковых дивизий.

4. Распространять соответствующим образом подобранные сведения для создания впечатления, что после окончания западного похода противовоздушная оборона на востоке серьезно усилилась за счет трофейной французской техники.

5. Работы по улучшению сети шоссейных и железных дорог и аэродромов объяснять необходимостью развития вновь завоеванных восточных областей, ссылаясь при этом на то, что они ведутся нормальными темпами и служат главным образом экономическим целям…».

Первой крупной акцией, являвшейся искусной политической маскировкой подготовки Германии к войне против СССР, стало официальное послание Гитлера, направленное советскому руководству. В нем фюрер приглашал Сталина принять участие в дележе «английского наследства». В дневнике начальника генерального штаба сухопутных войск германских вооруженных сил Ф. Гальдера по этому поводу имеется запись, сделанная 30 сентября 1940 г.: «…Фюрер направил Сталину извещение о заключении пакта с Японией за 24 часа до его подписания. Теперь отправлено новое письмо Сталину с целью заинтересовать его в английском наследстве и добиться его поддержки против Англии».

Предложения Гитлера о «дележе» английского наследства преследовали две цели.

Первая состояла в том, чтобы убедить Сталина в доверительном отношении Гитлера к советскому руководству.

Вторая — демонстрировать твердое намерение военно-политического руководства Германии добиться победы в войне против Англии. Советскому руководству даже предлагалось принять участие в походе на юг, в Иран и Индию, где находились английские колонии, и принять участие в «дележе» английского наследства.

«Скоро весь взвод сойдет с ума»

Derkyl — Sat, 27 Aug 2011 22:56:38 GMT

«Совершенно секретно» публикует дневник безымянного унтер-офицера 257-го пехотного полка группы армий «Центр»

Недавно, будучи на Новодевичьем кладбище, подошел к могиле Зои Космодемьянской. Я и раньше бывал на этой аллее, где в основном похоронены участники Отечественной войны. Но впервые обратил внимание на два обелиска, стоящие рядышком с фигурой отважной партизанки. Слева – памятник Вите Худякову – юному харьковчанину, замученному в гестапо. Справа – скромный обелиск с портретом юноши в красноармейской ушанке и поблекшими от времени буквами. Но можно разобрать, что здесь покоится капитан Красной армии, член ВКП (б), орденоносец Владимир Григорьевич Шейнцвит. Родился в 1923 году (ровесник Зои), похоронен в 1943-м. Единственный сын.Захотелось узнать о молодых людях подробнее. Написал в Харьков, в Совет ветеранов. Увы, ответа не получил. Из Центрального архива Минобороны РФ, что в подмосковном Подольске, ответили: да, у нас хранятся документы о капитане Шейнцвите. Главное управление кадров Минобороны разрешило выдать личное дело, справки командования, протоколы опросов (так было принято – именно опросов, а не допросов) пленных, которые вел Володя, записи о его деятельности в качестве автора и диктора передач на МГУ – мощной громкоговорящей установке.
Из автобиографии, написанной Шейнцвитом на фронте в ноябре 1942 года, я узнал, что он родился в 1923 году в Берлине. И вместе с родителями – работниками советского торгпредства – прожил в Германии почти 13 лет. В 1937 году семья вернулась в Москву; Володя окончил школу, поступил на биофак МГУ.
В первые дни войны записался в студенческий батальон, оттуда добровольцем в действующую армию. В совершенстве владеющего немецким, его направили на Калининский фронт, в политотдел Четвертой ударной армии, в отделение, занимавшееся работой среди войск и населения противника. До населения – тысячи километров, а германские позиции вот они, в 400-500 метрах от наших. Володя Шейнцвит выдвигался со своей установкой еще ближе. В одном донесении я прочитал: вел передачу в 30-40 метрах от немецких окопов.
Политрук Шейнцвит опрашивает пленного солдата 6-й роты 2-го батальона 257-го пехотного полка 83-й пехотной дивизии Вильгельма Штрайха. Ему 31 год,
в вермахте с февраля 1940-го, воевал в Голландии, Бельгии, Франции. С января 1942 года на Восточном фронте, под Великими Луками и на Смоленщине. Явно напуган, охотно отвечает на вопросы. Подтвердил, что на них произвели большое впечатление листовки, звуковые передачи, в которых рассказывалось о судьбе конкретных солдат, попавших в плен, о положении Германии по письмам конкретных лиц.
Возникла дерзкая идея: пусть Штрайх обратится к своим однополчанам. И не в записи, а, так сказать, в прямом эфире. Будет лежать в окопчике рядом с Шейнцвитом и станет разговаривать с теми, кого он знает и кто знает его. Идея понравилась, но Владимира, полагаю, предупредили: под твою личную ответственность, черт его знает, что ему взбредет в голову в последний момент.
Поздним вечером, когда стало относительно тихо, над немецкими позициями на окраине смоленского городка Велиж раздался голос, уже знакомый многим немцам, оказавшимся здесь. На безукоризненном немецком диктор произнес: «Солдаты 257-го пехотного полка! С вами сейчас будет говорить ваш однополчанин Вильгельм Штрайх!» Стало совсем тихо. Штрайх рассказал, что в советском плену не так страшно, как это расписывали офицеры из роты пропаганды, что его накормили, перевязали царапины, конечно, допросили, но не били, не издевались. Отправят ли его в Сибирь, чего все так боятся, он не знает. Но плен, считает Вильгельм, – единственная возможность вернуться домой живым.
Эксперимент с выступлением пленного в прямом эфире признали эффективным. Об этом свидетельствовали и пока немногочисленные пленные – сдавшиеся добровольно и взятые в бою.
В один из дней Шейнцвиту принесли дневник, найденный в блиндаже, откуда вышибли немцев. Звание и фамилия автора не указывались, но, судя по записи, принадлежал он унтер-офицеру того самого 257-го пехотного полка 83-пехотной дивизии.
Вообще-то ведение дневников и в Красной армии, и в вермахте запрещалось. Но их заводили, как правило, высшие офицеры. О дневниках рядовых слышал очень редко. Записи вели, в частности, многие немецкие военачальники, включая фельдмаршалов. В официальных бумагах было немало лукавства. А личному дневнику доверяли свое выстраданное, зная, что, кроме самого автора, никто это не прочтет. Ан нет, прочитали…
Вот и дневник неизвестного унтер-офицера, погибшего на смоленской земле летом 1942 года, прочитал офицер 4-й ударной армии Калининского фронта Владимир Шейнцвит. Прочитал и понял, почувствовал, как прозревают солдаты и сам унтер-офицер. Происходит это мучительно трудно, медленно. Прочитал Володя и перевел. Наверное, какие-то фрагменты из дневника использовались в листовках и звуковых передачах. Дневник бережно хранился в Центральном архиве Минобороны без малого семь десятилетий и вот впервые публикуется.
Познакомьтесь с этим уникальным документом. Каюсь, не удержался от коротеньких комментариев, скорее, эмоциональных заметок на полях: они набраны курсивом.

Хроника осмысления
Выдержки из дневника унтер-офицера, захваченного при разгроме немецкого гарнизона в деревне Козодево.
1 января 1942 г. Готовимся к погрузке. Ужас сколько разного барахла. Одних саней только 3775 штук. Сани – значит в Россию.
2 января. Отъезд. Майор Гилль с нами. Переезжаем через Руан. Это во Франции. Большие потери под Москвой вынуждают германское командование перебрасывать резервы через всю Европу.
5 января. Польский ландшафт. Кутно. Дома без заборов. Варшава, разрушения. Данцигский вокзал. Дуемся в карты.
8 января. Полька забирает у нас белье для стирки. Кроме нее никто не хочет стирать на нас, говорит она. Женщина в лагере.
14 января. Лыжи... лыжи… лыжи. Сам майор с нами занимается. Близится Россия.
18 января. Приезд в Полоцк. Марш
25 километров. Прибываем в Витебск. Город разрушен. Жители и дети в лохмотьях. Идем в казармы. Идет строительство, строят солдатский клуб. Для русских имеется театр.
19 января. Кто-то поджег солдатский клуб.
20 января. 1-й батальон выступает в направлении Велиж. Это как раз к позициям 4-й ударной армии на Смоленщине.
21 января. Ужасный мороз. Женщины с мольбой просят хлеба. Прокладываем связь.
24 января. Из Суража в Беляево. 30 ки-
лометров? Идем на лыжах… Все больше и больше обмороженных товарищей. Я обморозил себе пальцы ног и не могу идти. Кушать нечего.
26 января. Русские бомбили и сбрасывали листовки. Тревога. Пожары.
28 января. В 7 часов тревога. Погиб Фриц. Товарищи говорят о смерти. Бдительность, бдительность… Готовность к бою. Говорят, что в 7 километрах стычки с врагом. Плохое настроение. Нас кто-то обстреливает. Погиб лейтенант Куммер, Мюллер тоже. Я достаю коньяк и одеяло для светомаскировки. Один из батальона говорит по-русски. Русская хозяйка разговорчива. Ее дочь изучает медицину в Ленинграде… На передаточном пункте ужасно много обмороженных. Ночью вдруг возвращаются 7-я и 8-я роты и капитан Ойлини. Ровно в полночь возвращается штаб полка и полковник. Перестрелка.
29 января. Дежурю у рации. Положение очень серьезное, но не безнадежное. Русские нас окружили. Написал прощальное письмо. Интересно, дошло оно?
2 февраля. Ужасный обстрел… Товари-
щи 25 часов без передышки вели бой. Лейтенант Даус и унтер-офицер Шлифер сошли с ума. Скоро весь взвод сойдет с ума.
3 февраля. Клаус Штразе подсчитал, что у нас 56% потерь. Наш дом находится под огнем. Выход из дома завален. Проламываем стену. Рядом 13-летняя девушка и 23-летняя женщина. Они говорят по-немецки. Соседей расстреливаем. Вот так буднично, без эмоций, как «тянем провода» или «обморозил пальцы ног». Знают немецкий? Значит, русские шпионы. Ни на одном допросе в этом не признался бы. А дневнику доверился.
4 февраля. Героди и обер-лейтенант Штице погибли. Штирдау погиб. В пулеметной роте почти все погибли.
5 февраля. Ландесшютцен Майер расстрелян за то, что покинул свой пост. Мы взяли пленных. Они думают, что их расстреляют. Мысли о доме. Враг опять ворвался в город. Мы бросаем ударную группу на врага, и его удалось оттеснить. На перекрестке улиц лежат убитые товарищи.
9 февраля. Уже 14 дней не мылись и не брились. Фу ты, черт, снаряд разбил дом рядом. Говорят, что к нам идет подкрепление. С воздуха нам бросают боеприпасы и продовольствие. Ландесшютцен убегает.
11 февраля. Наше подкрепление подошло на 25 километров. По-видимому, они послезавтра будут здесь… Большинство из нас награждены железными крестами. Беккер делает ироническое замечание по этому поводу. Я его серьезно одергиваю. Оказывается, автор убежденный нацист. В другом месте грозится доложить в штаб о таких настроениях.
14 февраля. Русские танки наступают в районе 7-й роты. Иогриф погиб. Сбросили ящики с железными крестами… Голод.
23 февраля. День Красной армии. В честь этого мы обстреливаем русских из наших тяжелых орудий.
25 февраля. Сидим под печкой и ждем артнаступления русских. Прямое попадание русской артиллерии в штаб роты Вильмерса. 7 убитых, двое ранены. Убиты лейтенант Мюллер и фельдфебель Мюллер.
26 февраля. Русские подбили 9 наших танков. Опять прямое попадание в штаб. Убиты Мюллер 3-й и Мюллер 4-й, а также фельдфебель Мюллер. Русский снайпер убил Францеля прямо через амбразуру в голову. Черный юмор насчет порядковых номеров Мюллеров.
21 марта. Русская передача из рупора. Вебер приказал «ответить» огнем. В эту ночь на звуковке работал Володя.
27 марта. Слушаем русские и украинские песни о покинутых девушках.
29 марта. Вечером русские опять говорят по немецки. Чисто. Чисто – значит Шейнцвит.
1 апреля. Получили почту. Русские стреляли из какой-то новой ужасной пушки. Непонятно, что это за пушка. Много домов сразу загорелось. А возможно, много пушек? Что-то одновременно покрыта большая площадь. Много убитых.
2 апреля. Утром с Адольфом разговор о русской передаче. Петер о чем-то спорит. Ночью опять русская передача. Неясно, о чем разговор и о чем спорят. Но слушают!
8 апреля. Русские обстреливают нас из леска. Вечером через реку передача русских.
10 апреля. Учеба: как бороться с танками.
12 апреля. Русская передача через реку. Они рассказывают о правде в России. Неужели это правда? Кто его знает.
20 апреля. Весенняя погода. День рождения фюрера. Майор выступает с речью. Послали врача к русским военнопленным. Наши заболели сыпным тифом.
21 апреля. Сожгли у русских 25 домов. Еще подожгли у русских 30 домов.
22 апреля. Русские нас сильно обстреляли. Получили почту. Говорят, что ночью получили известие от Вильгельма Штрайха. Говорят, что он выступал по радио. Неужто он жив? Ходит об этом много разговоров.
30 апреля. Ночью пропагандистская радиостанция русских. Музыка напоминает дом. Черт возьми, и так тоскливо.
4 мая. Бесконечный обстрел. Опять поет сталинский орган. Наступление танков на севере. Русская передача.
7 мая. Сначала тяжелый обстрел, а потом опять русская передача… Ночью беседовал с Нильсоном и Плейтоном. Беседовали об утренних приветствиях. Они говорят, что это не защита родины, а просто убийство. И я им сделал строгое замечание.
8 мая. Опять обстрел. Нильс много болтает о передаче. Он что-то пишет в своем дневнике. А мне говорит, чтобы я не совался туда, где я этого не понимаю. Надо будет об этом доложить.
13 мая. Русская радиопередача.
23 мая. Дождь. Беседовал с Оттен на тему: переход в плен и солдатский долг. Интересно, что он скажет. Русская радиопередача.
24 мая. Вечером русская радиопередача.
31 мая. Ночной марш в Беляево… В половине домов жителей нет. Они ушли в партизаны. Зачем?
3 июня. Эрвин Зимерс получил отпуск. Богослужение. Будь он проклят, этот католический поп.
12 июня. Марш. Идем по дороге.

Это был его последний марш по советской земле.
По лаконичным записям видно, как под огнем «Катюш» и голосом из «звуковки» задумывался, прозревал германский солдат.

Красуха

Славянович — Fri, 22 Jul 2011 21:11:19 GMT

Красуха

деревня в Псковской области, уничтоженная гитлеровцами во время Великой Отечественной войны 1941—45. До войны входила в колхоз «Красная Красуха» Ленинградской области. В ноябре 1943 недалеко от Красухи подорвалась на мине гитлеровская автомашина, после чего 280 жителей Красухи и находившихся в ней беженцев были расстреляны карателями, а деревня сожжена. В июле 1968 на месте уничтоженной Красухи открыт гранитный памятник «Скорбящая псковитянка» (автор — ленинградский скульптор А. П. Усаченко, премия Ленинского комсомола, 1970).

Фрагмент памятника «Скорбящая псковитянка». Гранит. Установлен на месте деревни Красуха в 1968. Скульптор А. П. Усаченко.

Художник на Великой Отечественной войне

Snejka — Fri, 15 Jul 2011 16:27:04 GMT

ВДВ в годы Великой Отечественной войны

Славянович — Fri, 15 Jul 2011 14:45:27 GMT

В сентябре 1941 г. приказом Народного Комиссара обороны было создано командование ВДВ.

В ПРИБАЛТИКЕ
19 июня 10-я бригада 5-го воздушно-десантного корпуса генерала И. О. Безуглого начала выдвигаться в сторону государственной границы для проведения тактического учения. Война застала бригаду на марше южнее Даугавпилса. Вскоре десантники оказались в тылу противника. Последовал приказ уничтожить врага и выйти к главным силам корпуса. К исходу дня были разгромлены две группы врага.

К направлению Каунас, Даугавпилс начал выдвигаться 56-й механизированный корпус противника. Для ликвидации образовавшегося между армиями разрыва были брошены 5-й воздушно-десантный и 21-й механизированный корпуса. 26 июня Даугавпилс был очищен от врага.

В БЕЛОРУССИИ
214-я воздушно-десантная бригада 4-го воздушно-десантного корпуса полковника А. Ф. Левашева вступила в бой под Минском. 2 месяца десантники устраивали засады на путях движения немцев, уничтожали живую силу и технику.

Десантники 4-го воздушно-десантного корпуса генерала А. С. Жадова вступили в бой на реке Березина в районе Борисова. Здесь они 6 суток отражали атаки танков и пехоты противника.

2-го июля враг прорвался к мосту через Березину. Командир взвода 45-мм пушек лейтенант Калмыков, подпустив танки ближе, с первого же выстрела подбил головную машину. На мосту образовалась пробка. Используя замешательство, взвод расстрелял колонну танков и завершил ее разгром контратакой. Лейтенант Калмыков за мужество и отвагу, проявленные в бою, был награжден орденом Красного Знамени, а красноармейцы Науменко, Павлов, Зорин, Романчук, Визниченко — орденами Красной Звезды.

НА УКРАИНЕ
Первыми вступили в бой части 1-го воздушно-десантного корпуса генерала М. А. Усенко. Из состава 204-й воздушно-десантной бригады в тыл противника было выброшено 10 воздушных десантов в районы Калинковичи, Рава-Русская, Мозер, Яворов и др. Десантники нарушали вражескую связь, разрушали мосты, взрывали склады боеприпасов. Особенно успешными были ночные действия, которые буквально ошеломляли фашистов.

В июле 1941 г. Юго-Западным фронтом было выброшено несколько групп парашютистов из состава 104-й и 212-й воздушно-десантных бригад общей численностью 300 человек для нарушения работы тыла противника. После выполнения задачи часть десантников вернулась назад, а часть осталась в тылу противника в составе партизанских отрядов.

Опасаясь за судьбу Киева, Ставка распорядилась передать из резерва 2-й воздушно-десантный корпус в распоряжение Юго-Западного фронта и использовать десантников для обороны города. Десантники уже на второй день отбросили врага на 15-20 км. В самый критический момент обороны прибыла 5-я воздушно-десантная бригада Героя Советского Союза полковника А. И. Родимцева. На следующий день десантники во взаимодействии с другими частями контратаковали противника.

За героизм, проявленный в боях на Украине, десантники сержант Я. Ватомов, стрелок Н. Обухов, наводчик орудия А. Цыбулев удостоены звания Героя Советского Союза.

ПОД МОСКВОЙ
400 десантников капитана И. Г. Старчака 6 суток насмерть стояли на 205-м километре от Москвы на реке Угра. Врагу удалось продвинуться за это время только на 25 километров.

И. Г. Старчак вспоминает, что когда он, раненный в этих боях, находился в госпитале, один из офицеров английской военной миссии посетил госпиталь, восхищаясь мужеством десантников, назвал их стойкость в боях «фанатизмом». «По-вашему это фанатизм, а по-нашему, — сказал Старчак, — любовь к земле, на которой вырос. И то, что бойцы бьются за Родину до последней капли крови, мы считаем самой высшей доблестью».

В РАЙОНЕ ВЯЗЬМЫ
Одной из крупных воздушно-десантных операций Советской Армии была операция, осуществленная Западным фронтом в январе-феврале 1942 г. в период его наступления на Вязьму и Юхнов. Для завершения окружения вяземской группировки войсками Калининского и Западного фронтов была предусмотрена высадка 4-го воздушно-десантного корпуса юго-западнее Вязьмы с задачей перерезать железную и шоссейную дороги Вязьма — Смоленск. 27 января началась высадка частей 4-го воздушно-десантного корпуса в тыл врага. К 1 февраля было выброшено 2497 человек 8-й воздушно-десантной бригады. Эти силы соединились с 1-м гвардейским кавалерийским корпусом. Из-за нехватки авиации и плохих погодных условий дальнейшее десантирование корпуса было прекращено.

Для содействия войскам Западного фронта в разгроме юхновской группировки противника советское командование решило десантировать главные силы 4-го воздушно-десантного корпуса в район западнее Юхнова. С 16 по 24 февраля было произведено 612 самолетовылетов, выброшено 7373 человека и 1525 тюков с оружием, боеприпасами, продовольствием, медикаментами и различным имуществом.

Маршал Советского Союза Г. К. Жуков пишет в своей книге «Воспоминания и размышления»: «10 февраля 8-я воздушно-десантная бригада и отряд партизан заняли район Моршаново-Дягилево, где разгромили штаб 5-й немецкой танковой дивизии». Около 5 месяцев действовали в тылу немецко-фашистских войск десантники, громя вражеские гарнизоны, устраивая засады, уничтожая боевую технику, нарушая управление войсками противника и работу его тыла.

СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА
В ночь на 12 июля 1942 г. фашистские войска вторглись в пределы Сталинградской области. Этот захват мог привести к потере прямых коммуникаций, связывавших центральные районы СССР с Кавказом. Здесь проходила главная артерия страны, по которой транспортировалась нефть.

12 июля был создан Сталинградский фронт. 9 воздушно-десантных корпусов выдвигаются на это направление В район Сталинграда перебрасывается 13-я гвардейская дивизия полковника Родимцева. На всех участках десантники дрались мужественно, как того требовал девиз советской гвардии: «Там, где гвардия обороняется, враг не пройдет.»

Отважно сражались в степях гвардейцы-десантники 33-й дивизии. 3 месяца они вели бои с фашистами. У станции Клетская четверо бронебойщиков во главе с младшим сержантом П. Болото, имея только 2 противотанковых ружья, встретили огнем вражескую колонну. В неравном бою десантники уничтожили 15 танков. Младшему сержанту П. Болото за этот подвиг было присвоено звание Героя Советского Союза. Героически сражались и гвардейцы 40-й дивизии. Двое суток на Казачьем кургане возле хутора Дубовой взвод десантников во главе с младшим лейтенантом Кочетковым уничтожил более 100 вражеских солдат и несколько танков и остановил врага.

Командующий войсками 62-й армии В. И Чуйков пишет: «Не могу не сказать несколько слов о гвардейцах 37-й дивизии генерала В. Г. Жолудева. Это была действительно гвардия. Дрались они как львы. При ударе штыком перебрасывали гитлеровцев через себя как мешки с соломой. Ворвавшись в дома, пускали в ход десантные ножи, отступления не знали.»

Перелом в эти тяжелые, как временами казалось, последние часы был создан 13-й гвардейской дивизией А. И. Родимцева. После переправы в Сталинград она сразу же контратаковала противника. Ее удар был совершенно неожиданным для врага. 16 сентября дивизия А. И. Родимцева отбила Мамаев курган.

НА КУРСКОЙ ДУГЕ
Немецко-фашистское командование решило, что самым выгодным участком фронта для нанесения удара по Красной Армии является выступ в районе Курска, получивший название Курской дуги.

Весной 1943 г. на Курскую дугу были переброшены 7 дивизий. Все они вошли в состав Степного фронта. В этой битве участвовали также 13-я и 36-я гвардейские дивизии, созданные на базе воздушно-десантных корпусов, принимавших участие в Сталинградской битве.

В боях у Прохоровки отличились воины 9-й гвардейской воздушно-десантной дивизии. 11 июля дивизия заняла оборону непосредственно в Прохоровке.

На батальон десантников 26-го гвардейского парашютно-десантного полка навалилось до 100 танков и полк пехоты на бронетранспортерах. У западной окраины Прохоровки врага встретили артиллеристы и десантники, сковавшие немцев боем. На поле остались подбитые фашистские танки, убитые и раненые.

В БИТВЕ ЗА ДНЕПР
Осенью 1943 г. наши войска подошли к Днепру. В их составе были воины-десантники семи гвардейских десантных дивизий. Началась невиданная по своему размаху битва за Днепр. В ночь на 25 сентября 3-я и 5-я воздушно-десантные бригады десантировались на правый берег Днепра.

25 октября фашисты 5 раз атаковали десантников подполковника Сидорчука. Враг применял авиацию, танки и артиллерию, но всякий раз отбрасывался с потерями.

Приказом командующего войсками 2-го Украинского фронта личному составу была объявлена благодарность. Свыше тысячи десантников награждены орденами и медалями, а командирам батальонов Блувштейну и Петросяну присвоено звание Героя Советского Союза.

НА КАРЕЛЬСКОМ ФРОНТЕ
В июле 1944 г. ВДВ форсировали реку Свирь. Командование приняло решение о ложной переправе. Предполагалось, что противник откроет огонь, и наблюдатели засекут его позиции.

Десантники шли вперед, а на берегу, к которому они стремились, бушевал огонь артиллерии, минометов и «катюш». Враг заметил плоты и, приняв за начало форсирования реки нашими войсками, открыл по ним огонь. Это как раз и нужно было нашим артиллеристам. Воины-десантники под огнем противника добрались до берега. Бросая плоты, десантники устремились на врага, а в это время за их спиной переправлялись сотни лодок и плотов. Переправа была удачной, оборона врага была взломана. Вместе с главными силами шли вперед отважные добровольцы, со славой выполнившие важное боевое задание. Родина высоко оценила боевой подвиг героев Свири. 98-й, 99-й и 100-й гвардейским дивизиям было присвоено почетное наименование Свирских. Тысячи бойцов и командиров были награждены орденами и медалями СССР, а самым отважным было присвоено высокое звание Героя Советского Союза

В БОЯХ ЗА ВЕНГРИЮ
В ноябре 1944 г. 3-я, 5-я, 7-я гвардейские воздушно-десантные и 34-я, 40-я, 41-я гвардейские стрелковые дивизии были переброшены к берегам Дуная на границу Венгрии и Югославии. Части десантников начали боевые действия на венгерской земле.

В ночь на 1 декабря первыми пересекли Дунай воины 40-й и 41-й гвардейских дивизий. В первых рядах шли разведчики лейтенанта П. А. Бабичева и саперы лейтенанта П. И. Орлянского. Недалеко от берега лодка сержанта Козлова была разбита. Козлов был ранен, но первым бросился в воду и вместе с другими бойцами ворвался в траншею врага. Плацдарм был захвачен. На противоположный берег переправились подразделения 116-го полка 41-й гвардейской дивизии, которые овладели населенным пунктом Мадоча. За отвагу, мужество и находчивость в бою лейтенанты Бабичев и Орлянский, сержант Козлов были удостоены звания Героя Советского Союза. В отражении удара трех танковых дивизий вместе с другими соединениями принимали участие и гвардейцы-десантники. Особенно отличились в этом бою 5-я гвардейская воздушно-десантная дивизия 7 января воины этой дивизии отразили атаку превосходящих сил противника, в которой участвовало 120 вражеских танков. 13 января, понеся большие потери, противник прекратил наступление, а на следующий день войска 4-й гвардейской армии, в том числе 5-я и 7-я гвардейские воздушно-десантные дивизии, сами перешли в наступление.

ВЕНСКАЯ ОПЕРАЦИЯ
Успешное наступление всех фронтов создало благоприятные условия для использования воздушных десантов в тылу отступающего врага. Для этого в октябре 1944 г. в ВДВ была создана Отдельная гвардейская воздушно-десантная армия.

Немецкое командование в начале марта развернуло контрнаступление, надеясь восстановить оборону по Дунаю. Для усиления войск фронта Ставка приняла решение переформировать Отдельную гвардейскую воздушно-десантную армию в 9-ю гвардейскую армию и направить ее в состав 3-го Украинского фронта. Ставка рекомендовала командующему фронтом использовать 9-ю гвардейскую армию для развития контрнаступления и окончательного разгрома врага. Десантники с честью оправдали надежды Ставки.

16 марта соединения 9-й гвардейской армии перешли в наступление и захватили переправы на реке Шед.

1 апреля 1945 г. Ставка уточнила задачу войскам фронта по овладению Веной. 38-й гвардейский корпус должен был наступать в обход Вены с севера, чтобы отрезать пути отхода врага. 37-й гвардейский корпус должен был обеспечить боевые действия армии с запада и юго-запада. 39-й гвардейский корпус действовал на главном направлении и получил задачу — одной дивизией наступать непосредственно на Вену, а двумя дивизиями обойти город и штурмовать с запада совместно с частями 6-й гвардейской танковой армии. Соединения 39-го гвардейского корпуса — 100-я, 107-я и 114-я гвардейские дивизии совместно с войсками 6-й гвардейской танковой армии 6 апреля начали штурм Вены.

Мужественно действовали гвардейцы одного из батальонов 301-го гвардейского полка 100-й гвардейской дивизии. 9 апреля рота ст. лейтенанта Кулакова ворвалась на юго-западную окраину Вены. С ротой был командир батальона капитан Калоев. 14 апреля рота подошла к Венскому судоходному каналу Саперный взвод старшины Кузакова разминировал мост Рота огнем обеспечила переправу. За героизм и умелое руководство подразделением капитану Калоеву и старшине Кузакову было присвоено звание Героя Советского Союза.

В ознаменование победы, одержанной в боях за Вену, и за героизм, проявленный в этой операции, в числе других соединений 3-го Украинского фронта, были награждены орденами 100-я, 106-я и 107-я гвардейские дивизии, 38-му и 39-му корпусам было присвоено почетное наименование Венских. Президиум Верховного Совета СССР учредил медаль «За взятие Вены», которой было награждено 268 тысяч советских воинов, в том числе и воины-десантники.

НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ
Весомый вклад внесли воины ВДВ и в разгром Японии. 8 августа японскому послу в Москве было сделано мотивированное заявление Советского правительства о том, что с 9 августа СССР считает себя в состоянии войны с Японией. Тогда же на Дальнем Востоке объявили военное положение. 9 августа в 00 часов 10 минут начали действовать передовые отряды, а спустя 4 часа выступили главные силы наших войск. 17 августа Главнокомандующий советскими войсками на Дальнем Востоке обратился по радио к Командующему Квантунской армией с категорическим требованием — обязать все японские гарнизоны сдаться в плен. Но и после этого в различных районах Маньчжурии продолжались бои, а на Курильских островах и Сахалине борьба только разгоралась. Чтобы ускорить фактическую капитуляцию японских войск и предотвратить ненужное кровопролитие, было решено высадить воздушные десанты в Харбине, Мукдене, Чанчуне и в некоторых городах Маньчжурии, Кореи, на Сахалине и Курильских островах. Десантники с поставленными задачами справились успешно. Вечером 19 августа над зданием штаба Квантунской армии был спущен японский флаг и поднят советский.

О многочисленности высаженных воздушных десантов на заключительном этапе войны на Дальнем Востоке говорит тот факт, что военно-транспортная авиация трех фронтов из 7650 вылетов 20 процентов произвела на переброску воздушных десантов. Всего авиация перевезла по воздуху 17 тысяч человек и до 6 тысяч тонн различных грузов, в том числе 2777 тонн ГСМ и 550 тонн боеприпасов.

Главную задачу — ускорить капитуляцию Квантунской армии — десанты выполнили безукоризненно. Дерзкие и четкие действия обеспечили сохранность промышленных предприятий, электростанций, сооружений связи, железных дорог и военных объектов, позволили восстановить гражданский порядок, исключили возможность политических авантюр.

Они сражались за Родину

block — Fri, 15 Jul 2011 11:44:48 GMT

Форум: Великая Отечественная война
Описание темы: портреты фронтовиков народного художника России Г. Доброва
Автор темы: block
Автор последнего сообщения: Snejka
Количество ответов: 20